Черная вода  - Андреас Фёр

– Нет, – подтвердила Лара. – Машина принадлежит моему другу. – Мужчина снова кивнул. – Мы поругались. Это всегда так, когда он выпьет. Там впереди нам нужно спуститься с горы налево.

Человек поехал по указанию Лары и сказал:

– Мне жаль. Неужели он… агрессивен?

– Да. Он бьет меня. Вот здесь… – Она указала на травму, которую получила в результате несчастного случая. – Вот это он.

– Значит, вы сбежали от своего друга?

Лара кивнула и смахнула слезу.

– Мне жаль. Я не хотела вас беспокоить. Вниз по главной улице и поверните направо, а затем снова направо после моста.

Они прибыли в центр Гмунда. После моста они отправились в долину Мангфалля.

– Вы не здешний?

– Нет, – сказал мужчина. – Я взял несколько дней отпуска.

– Отдыхаете с семьей?

– Я здесь один. Арендовал очень красивый домик. На озере Шпитцинг.

– О, там точно красиво. Вы катаетесь на лыжах?

– Да. Не так часто, как раньше. Иногда даже выхожу на длинные прогулки. Сейчас на склонах полно народу.

– Это правда.

Лара исподволь изучала мужчину. Чем он зарабатывает свои деньги? Он излучал благородство. Снял дом для себя. Большинство людей, путешествующих в одиночку, вероятно, отправятся в отель. Но, может быть, он хотел отдохнуть в тишине. Они проехали через ночную долину Мангфалля, мимо лесопилки, снова пересекли реку, а затем оставили с левой стороны маленькую бумажную фабрику.

– Могу я вас кое о чем спросить?

– Конечно.

– Надеюсь, что ничего плохого не произойдет. Я просто подумала, что, если… – Лара колебалась.

– Да?

– Возможно, это не очень хорошая идея.

– Вам нужно место, чтобы отсидеться в течение следующих нескольких дней? Это то, о чем вы хотели спросить?

Лара изучала лицо мужчины. Был ли он раздражен, пренебрежителен? Прикидывал ли, чем займется с двадцатилетней девушкой в своей одинокой хижине? Не было ни того, ни другого. Он коротко взглянул на нее, дружелюбно, обнадеживающе и без признаков сальности.

– Я знаю, что слишком много прошу. Но я подумала, что, может, в доме еще есть комната. Я… я еще умею готовить.

– Вот так предложение. – Мужчина рассмеялся. – Хороший обед будет ждать меня после лыжного спорта. Здорово! Нет, серьезно. Это не проблема. Дом большой. Вы можете остаться на несколько дней.

– Это было бы здорово. Теперь, когда машина моего друга разбита…

– Ему, наверное, нужно время, чтобы успокоиться, верно?

Лара кивнула.

– Вы должны расстаться с этим парнем. Лучше не станет. Поверьте мне.

Мужчина остановил машину.

– Вы все еще хотите поехать на мельницу Мангфалль?

– Да. Мне нужно кое-что оттуда взять.

После побега Лары Кройтнер немедленно позвонил Гарри Линтингеру и сказал, что вскоре девушка может появиться у него. И он должен спрятать ее в своей квартире. Линтингер был не в восторге.

– Я совершу преступление, если помогу тебе, – заныл он.

– Конечно, я не хочу, чтобы ты совершил преступление, – заметил Кройтнер язвительно. – Это так же наказуемо, как дублировать ключи от чужого дома и ссужать их друзьям?

– Теперь ты не прав.

– Не наезжай на меня и слушай внимательно. Нам обоим не нужны две вещи: чтобы что-то произошло с девушкой и чтобы полиция перевернула твой кабак вверх дном. И одно связано с другим. Это не так сложно.

Линтингер произнес что-то похожее на «проклятый ублюдок». Кройтнер ответил, что очень благодарен Линтингеру и, возможно, скоро сам заглянет.

Когда Валльнера и Майка наконец подобрала патрульная машина, Кройтнер сел на свой велосипед с электромотором и бросился в ледяную ночь на скорости восемьдесят километров в час. Без мотоциклетного шлема, который всегда носил, он, вероятно, отморозил бы себе лицо.

На стоянке мельницы Мангфалль Лара попросила мужчину, привезшего ее, пойти в заведение и привести хозяина. Вскоре после этого он вернулся в сопровождении Гарри Линтингера. Лара вышла тем временем и встала между машинами, следя за входной дверью.

– Лео уже позвонил. Ты думаешь, это хорошая идея, если ты останешься у меня?

– Не волнуйся. У меня есть кое-что другое. – Линтингер удивленно кивнул и взглянул на седого мужчину. – Но мне нужен мобильный телефон.

– Мой мобильный телефон?

– У тебя их два. – У Линтингера был незарегистрированный второй телефон для ведения деловых переговоров, за которые его могли бы привлечь к уголовной ответственности.

– Тот предоплаченный. И на нем никогда не бывает много.

– Это не имеет значения. Я положу на него денег.

Линтингер сунул руки в карманы брюк, крепко прижав их к телу, – было холодно. Он угрюмо переступил с одной ноги на другую и, наконец, сказал:

– Я должен вначале посмотреть. Пойдем со мной.

Они вошли в здание через черный ход и поднялись на второй этаж, где находилась квартира Линтингера. Седой мужчина сказал, что пока выпьет кофе, и пошел к стойке.

В эту холодную февральскую ночь все полицейские Мисбаха были на охоте. Лара Эверс, подозреваемая в убийстве, убежала во второй раз. Это ставило под угрозу честь полиции. Если не хочешь стать общенациональной забавой, то нужно немедленно найти девушку. И особенно веские причины снова ее поймать имел некий полицейский.

– Прекрасно. – Грайнер покачал головой. Только что пришло сообщение о том, что найдена машина Майка. – Стибренная машина Ханке.

– Долбанутая сука, да? – Зеннляйтнер, сидя на пассажирском сиденье патрульной машины, похлопал Грайнера по бедру. – Но кому я это говорю?

Грайнер только издал тихий рык и нахмурился, глядя на ночное шоссе.

– Куда она направится? Как ты думаешь?

– Я этого не знаю.

– Куда бы ты пошел на ее месте?

– Домой она не пойдет. К родственникам – малёк рискованно. Это полиция проверит первым делом.

– Кроме того, у нее нет родственников. Так куда?

Зеннляйтнер молча пожал плечами:

– Она часто подрабатывала на мельнице Мангфалль. А больше я ничего не знаю о ней.

Грайнер затормозил, заехал на следующую боковую улицу и развернул машину.

Прибытие Лары Эверс на мельницу Мангфалль должно было оставаться тайной. Но когда она шла от стоянки к боковому входу, Йозеф Шинкингер, широко известный как Шинкинджер Джо, взглянул в окно, заметив какое-то движение. Как завсегдатай, он знал Лару и был немало поражен, увидев ее. Все местные знали, что полиция ищет девушку за убийство. Поэтому многие испытывали к ней симпатию. Большинство постоянных клиентов пивной «Мельница Мангфалль» имели плохой опыт общения с полицией.